Перейти к содержимому


Фотография

Знаменитые и забытые.

о писателях

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 3

#1 mr_Ro

mr_Ro
  • за намеренный обман антимата + 10% (c) Kurt

  • Пользователи
  • 10 731 Cообщений

Отправлено 30 Сентябрь 2018 - 20:52

Всем привет!

 

Унесенные кириллицей: 5 писателей, которые в России популярнее, чем у себя на родине

Некоторые всенародно любимые на постсоветском пространстве авторы мало известны у себя на родине. Это потому, что мы все-таки совершенно уникальная и не похожая ни на кого нация, идущая своим путем, или данному феномену есть разумное объяснение?

 

Пусть считается, что на вкус и цвет товарищей нет, но, если вместо отдельных товарищей мы будем рассматривать целые нации и народы, то с удовлетворением отметим, что в мире царит удивительное единодушие – по крайней мере, в области литературы. Шекспир, он и в Африке Шекспир. Толстым одинаково зачитываются и в деревне Гадюкино, и в Нью-Йорке, и в горном селении Камиити — сидят там, попивают саке под сакурой и ведут Наташу Ростову на ее первый бал, тщательно отбрыкиваясь от попыток воображения нацепить на девушку кимоно и гэта.

 

Конечно, у всех культур есть свои предпочтения, но списки ста самых-самых авторов во всех странах примерно одинаковы. И уж если писатель сыскал щедрую славу у себя на родине, то постепенно его переведут на все языки и будут учиться ценить всей планетой хором. В то время как аутсайдеров никто не ждет на чужбине, увы.

Но весь предыдущий абзац можно вычеркнуть, если говорить о читателях русскоязычных. Именно у нас нередко происходили торжественные открытия тех зарубежных авторов, которых у себя дома никто не знал. Даже постоянные клиенты, которым они регулярно доставляли пиццу.

Как малопопулярные писатели становились кумирами советской молодежи? Тому есть три главные причины.

1. В Советском Союзе, который очень долго не присоединялся к Бернской конвенции о защите авторских прав, вообще не платили авторам за книги, изданные до 1977 года, и платили жалкие копейки за изданные позже (и то не всем и не всегда). Но уж если наши государственные печатные мощности брались печатать книгу, то тиражи были запредельные. Сотни тысяч и миллионы экземпляров расходились по стране, и оголодавшие по информации извне и вообще не избалованные книжными разносолами советские читатели жадно их заглатывали. Что сразу делало автора всенародно известным. Хотя обычно никак и не влияло на его финансовое благополучие.

2. Если автор был «прогрессивным», сочувствовал социалистам и не говорил плохого про СССР (писал тексты, которые не вступали в тяжелое противоречие с советской идеологией), то шансов издаться в Союзе у него было во много раз больше, чем у знаменитого литератора с чуждыми нам идеями. Для таких прогрессивных творцов мы даже поступались кое-какими принципами нашей цензуры. Какой-нибудь Васко Пратолини печатался почти без купюр невзирая на откровенные сцены; оперы по нему ставили, наплевав на всю его порнографию. А все потому, что итальянец Васко писал об ужасах капитализма и говорил хорошие слова про коммунизм. Хороших прогрессивных писателей было мало, в результате нередко публиковали и откровенно слабых, неизвестных авторов. Поэтому на полках советских магазинов встречались такие сокровища арабской, бразильской, китайской и нигерийской мысли, о которых весь остальной мир, к своему счастью, ни сном ни духом не ведал.

3. В СССР существовала фантастическая школа перевода. Это был один из островков внутренней эмиграции для талантливых людей, которые сами не имели шанса у нас издаваться и реализовывались, переводя (а иногда и фактически создавая) иностранную литературу. Переводы брали у кого угодно, даже преследуемые властями диссиденты типа Иосифа Бродского имели шанс на публикацию чужих стихов и текстов. И, конечно, они вносили в эти переводы весь невостребованный творческий жар. Кроме того, советское издательское дело никуда не спешило: прибыли и обороты тут выполняли чисто декоративную функцию. Тексты полировали и вылизывали долгие годы, редакторы и переводчики вели бой за каждую запятую. Никто в мире больше не мог позволить себе подобной неспешной кропотливости. Вот так Курт Воннегут и проигрывал в оригинале. Переведенные таким образом книжки, даже самые средненькие, нередко становились шедеврами и пользовались заслуженным признанием у советских граждан.

Вот пять авторов, которых очень любят у нас и о которых практически бессмысленно расспрашивать их далеких от литературоведения соотечественников: большинство будет только вежливо глазами хлопать и признаваться в полной своей неосведомленности.

ДЖЕРОМ КЛАПКА ДЖЕРОМ

 

Журналист и писатель, зарабатывавший на жизнь забавными очерками и смешными рассказами, Джером К. Джером женился. И вместо того, чтобы поехать с молодой супругой в Рим и Париж, был вынужден из-за прискорбного недостатка средств провести медовый месяц на Темзе. Новобрачные арендовали лодочку и устроили себе запоминающееся приключение — с дохлыми собаками, плывшими всеми четырьмя лапами вверх и тому подобными достопримечательностями.

Из поездки Джером К. Джером вернулся простуженным, но окрыленным и тут же сел описывать пережитое. Жену он заменил на двух друзей — из соображений благопристойности и композиции, — а все прочее описал честным пером журналиста. «Трое в лодке, не считая собаки», вышла в 1889 году и вызвала восторг. Повесть даже называли «Лучшим путеводителем по Британии» — англичане увидели в этом веселом повествовании еще и практи­ческую пользу. Джером К. Джером почуял аромат успеха и принялся ковать железо, пока горячо.

Вскоре он выпустил следующую книгу — «Трое на четырех колесах». Ее тоже раскупили, но отзывы были уже прохладнее. Увы, со­отечественники без энтузиазма встречали все его последующие работы, а одна из пьес вызвала такую оглушительную волну критики («отвратительно глупый опус писателя десятого сорта), что у писателя началась депрессия.

После чего для англичан Джерома К. Джерома в большой литературе не осталось. Но только не в России. Тут еще до революции зачитывались «Тремя в лодке», а когда книгу перевел блистательный Михаил Донской, она стала нашим любимым мировым шедевром, и мы до сих пор говорим цитатами из нее. «Когда Джордж кончит жизнь на виселице, самым дрянным упаковщиком в мире останется Гаррис».

ДЖАННИ РОДАРИ

 

Конечно, синьор Помидор и шустрый лук Чиполлино в Италии относительно известны, но спасибо за эту известность детский писатель должен сказать СССР. И прежде всего — Самуилу Маршаку, который взялся переводить и перевел очень хорошо сказку про героическую борьбу рабоче-крестьянских овощей с фруктовой аристократией. В самой Италии книжка осталась незамеченной, а у нас она стала абсолютным хитом у детей и взрослых. Вышла она в 1953 году, и спустя десять лет имя Джанни Родари знал каждый пионер.

По книжке сняли мультфильм, потом кино (в нем Джанни Родари сыграл самого себя). По ней поставили балет на музыку великого Хачатуряна! В Большом театре до сих пор морковки с пореем пляшут! Все последующие книги автора — сборники стихов, «Голубая стрела», «Сказки по телефону», «Джельсомино в стране лжецов» — шлепались сразу миллионными тиражами. И хотя это Джанни Родари по описанным выше причинам не сделало богатым, но зато он часто ездил в Союз, где его принимали как короля: встречи с пионерами, балет, нарзан и т. д.

В конце концов даже итальянцы смутно заинтересовались происходящим, и с тех пор самых знаменитых персонажей Джанни Родари средний итальянец узнавать умеет. Джанни со своим воспеванием рабочего класса и его святой борьбы в СССР попал абсолютно в струю. Цензоры умиленно рыдали, прижимая к груди книжки с рассказами про то, как в мире чистогана бедные дети на Новый год без игрушек остаются, а «сколько ни душится лодырь богатый, очень неважно он пахнет, ребята!».

БЕРНАР ВЕРБЕР

 

Наш современник, француз, с бухгалтерской унылой подробностью описывающий жизнь разумных муравьев и загробные странствия душ, не пришелся ко двору во Франции. Он пишет огромные талмуды, посвященные различиям муравьиной и человеческой цивилизаций, и состряпанные из ошметков всех религий фантазии на тему «А что там, после того, как врачи закрывают тебя простыней?». Для фантастики все это было несколько занудно, для философского труда — глуповато.

В общем, имя Бернара Вербера не гремит по Франции, особенно в среде высоколобых интеллектуалов, которые считают его произведения жвачкой для домохозяек. (Единственный приз, которым его книги отмечены во Франции, — это награда «Выбор читательниц журнала Elle».) Издается он тиражами скромными, зарубежные переводы тоже не потрясают воображения. Небольшой успех труд про муравьев имел в Южной Корее, где его почему-то сочли не фантастикой, а поэтическим произведением.

Но, к изумлению отчаявшегося уже было писателя, «Муравьи» вдруг выстрелили в России. Первые же издания имели оглушительный успех, и с тех пор любая книга писателя становится у нас бестселлером. Свое отношение ко всему происходящему Бернар высказал в частично автобиографическом эпизоде романа «Империя ангелов»:

«— Ну, короче, это полный провал?
— Ммм… Ну, в общем, во Франции — да, — признается Шарбонье. — Правда, против всяких ожиданий в России большой успех. Там продано триста тысяч экземпляров за один месяц. Вот это новость.
— И как вы это объясняете?
— В России телевидение очень посредственное, и население читает в сравнении с Францией гораздо больше.
Я хотел известности, и я ее получил… но не на своем языке. Конечно, нет пророка в своем отечестве, но в следующий раз, когда я буду молиться, я сделаю уточнение: «Лишь бы все получилось… во Франции».

О. ГЕНРИ

 

В 1884 году веселый банковский служащий, 32-летний Уильям Сидни Портер сел в тюрьму за растрату. Растрату он совершил, потому что решил в одно лицо издавать юмористический журнал, для чего и сделал заимствование из кассы, но издание моментально прогорело. И мистеру Портеру пришлось на какое-­то время переехать за решетку. Именно там он придумал свой псевдоним «О. Генри» и принялся писать рассказы, которые в дальнейшем пользовались определенным успехом у публики. Он печатался во многих журналах и даже издал несколько сборников и небольшой роман «Короли и капуста».

Сказать, что О. Генри у себя на родине, в Америке, был литературным неудачником, нельзя. Там в XX веке даже сняли два больших фильма (1928 и 1952) по мотивам его новелл. То есть не то чтобы современный американец непременно читал О. Генри, но имя ему почти наверняка знакомо. Однако скромная популярность на родине несравнима со всенародной любовью, которую к нему испытывали советские читатели. Мы до сих пор зовем непослушных детей «вождями краснокожих», говорим «рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше» и «Боливар не вынесет двоих».

А вот американцы его неуклонно забывают, и шансов на возрождение у старого доброго У. С. Портера сейчас немного: его веселый расизм («на границе по Рио-Гранде в двадцать лет неприлично числить за собой одних мексиканцев») вряд ли придется ко двору в теперешнем политкорректном мире.

Кстати, почему советская цензура давала добро на публикации О. Генри — страшная загадка истории, ибо автора более чуждого советскому духу еще надо поискать. Поддерживать успехи советских пятилеток он тоже не мог, так как умер за семь лет до революции в России.

РОБЕРТ ШЕКЛИ

 

Невероятно, но он тоже. Каким образом американцы ухитрились почти не заметить этого остроумного и глубокого фантаста, а на данный момент еще и основательно о нем забыть? Да, он был «одним из», не входил даже в первую десятку любимых фантастов США, а болтался в первой сотне, в глубоких ее слоях. А вот для советской интеллигенции, узнавшей о Шекли в 60-х годах XX века, он стал откровением. Его читали и перечитывали. Отпечатывали на машинке через копирку и давали почитать знакомым экземпляры под кровавую клятву «вернуть, даже если умрешь».

Пополам с Саймаком Шекли делит 18-й том вожделенной миллионами читателей «Библиотеки фантастики» — собрания лучших мировых произведений в этом жанре. «Билет на планету Транай» «Обмен разумов», «Паломничество на Землю» стали образцом для нескольких поколений советских и российских фантастов. Что могло американцам не понравиться в Шекли? То, что он курил как паровоз, пил как лошадь и употреблял наркотики как Кит Ричардс? Можно подумать, в то время большинство писателей вели себя как-то иначе. Или виновата легкая безуминка его даже самых серьезных текстов, воспринимавшаяся рациональным мозгом англосаксов как недостаток?

Сам Шекли, когда после падения железного занавеса на него на улицах стали кидаться граждане с русским акцентом и требованием расписаться на ботинке, носовом платке и вот еще на зонтике, не скрывал своего изумления. Он понятия не имел, что его так любят в России. После этого Шекли стал часто ездить в страны постсоветского пространства и даже практически умер на Украине — в последний момент его успели вывезти в США.

 

 

Удачи!



#2 aksel

aksel
  • Продвинутый Новичок

  • Пользователи
  • 78 Cообщений

Отправлено 19 Октябрь 2018 - 21:29

Ваш набор букв плачет о редактировании.

Откуда весь этот бред текст скопирован?

 

Перед заголовком (в случае вашего поста) необходима пустая строка.

В html это делается очень просто, <br> не проходили?

 

По сути.

"то с удовлетворением отметим"

Это как? 

Толстым одинаково зачитываются и в деревне Гадюкино, и в Нью-Йорке, и в горном селении Камиити — сидят там, попивают саке под сакурой и ведут Наташу Ростову на ее первый бал, тщательно отбрыкиваясь от попыток воображения нацепить на девушку кимоно и гэта.

Вообще бред. Толстыми уже давно не зачитываются. А в Гадюкино никто никогда не пил саке под сакурой, и в Нью-Йорке Наташ не ведут на их первый бал, отбрыкиваясь там от чего-то, чтоб нацепить кимоно. В общем, вся фраза - графоманская чушь.

 

Дальше даже читать не стоит, мозг заболит глазами. У автора есть достоверные источники информации?



#3 mr_Ro

mr_Ro
  • за намеренный обман антимата + 10% (c) Kurt

  • Пользователи
  • 10 731 Cообщений

Отправлено 19 Октябрь 2018 - 22:26

Приветствую, aksel!

 

 

Перед заголовком (в случае вашего поста) необходима пустая строка.

В html это делается очень просто, <br> не проходили?

 

Кому и почему она необходима?

Я же обошелся без этой необходимости, и вы сможете!

 

 

 

Это как? 

 

В Гугле забанили? Если вы что-то не понимаете иои вам что-то не нравится, это не значит, что всем остальным надо бросить все свои дела и броситься обьяснять вам, или падать ниц и просить о пощаде.

 

 

 

Вообще бред. Толстыми уже давно не зачитываются.

А вы у нас точно знаете, где, как и чем зачитываются люди во всех мировых комьюнити?

 

 

 

Нью-Йорке Наташ не ведут на их первый бал, отбрыкиваясь там от чего-то, чтоб нацепить кимоно.

По вашей логике, читающие "Спартака" - поднимают восстания, а Гарри Поттера - бросаются в оккультизм?

Мне кажется, что ваши заявления  довольно спорны и крайне самонадеяны.

Начали бы с себя: свой никнейм попробовали бы писать писать хотя бы с прописной буквы...

А то как-то несолидно, ругать других, когда впору и на себя оборотиться...

 

Удачи!



#4 NickMT

NickMT
  • komar clon

  • Модераторы
  • 13 080 Cообщений

Отправлено 11 Ноябрь 2018 - 16:21

Мне не интересен ни Толстой, ни Достоевский, да и зарубежных авторов не особо жалую. Читаю редко, не страдаю от того. Могу взять совершенно случайного автора, типа Хайнлайна или Островского, Василия Белова или Стивена Кинга и почитать во время отпуска. Просто. Без задних или передних мыслей. Бесцельно.

Если автор популярен, это не значит, что он хорош или интересен именно тебе. Возможно он нашел способ выражать заблуждения большинства или тоже большинство силится его понять. Словосложение есть искусство, но не более того. Ни откровение. Последнее хранится в самом человеке. Если книга или автор не нравится, то это всего лишь не твой автор.

Иногда, перечитывая, что-то из детства, думаю - что за бред писал этот автор...




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных